Свалкоземье

(или несказочные приключения далекого потомка Кота-в-Сапогах)

Предисказие:

Однажды люди решили не разбрасывать мусор и радиоактивные отходы по всему свету, а складывать все это аккуратненько в одном месте. Нашли одинокий скалистый островок в Тихом Океане и устроили свалку…
Через некоторое время на карте Земли появился новый континент – Свалкоземье. Населяли Свалкоземье в основном русские, потому что живучие и легко-везде-приспосабливаемые, но иногда встречались и иные странные существа….

«…Алиса: А почему это место такое странное?
Додо: Да потому что остальные места очень уж не странные…»
Льюис Кэролл «Алиса в стране чудес»

Несказка первая: «Пёс-в-Валенках»

В одном селе, под названием «Изотоповка» (недалеко от ядерного полигона) жил-был ветеринар-недоучка (последнюю сессию не сдал, да и съехал с ума) и было у него три дочки-переростка: Психоза, Заноза и Язвочка.
Вот пришло его время, написал он завещание, лег, да и помер.
Получили дочки наследство: Старшая – Психоза, получила лабораторию вместе с подопытными крысами-кошкоедами, средняя – Заноза, получила зверинец на колесиках, а младшенькой-то, Язвочке – достались старые папенькины валенки и говорящий Пес-мутант по кличке Гадя.
Похоронили они отца да и разъехались – старшие отправились в город, а младшенькая – дома осталась. Села Язвочка посреди избы и зарыдала от обиды и бедности.
– Не реви, хозяйка, я тебе пригожусь, со мной не пропадешь! – успокаивал её Пес Гадя, почесывая задней лапой пузо под полосатой майкой.
–Да какой от тебя, мутанта, прок?! – еще сильнее зарыдала Язвочка.
– А ты не смотри, что я в горошек – я умный! А если бы ты мне еще и папенькины валенки подарила, ведь они все равно тебе малы…. – и Гадя с любовью посмотрел в угол, где стояли огромные и пыльные валенки с заплатками.
– Да на что тебе валенки-то. Ведь лето!? – от удивления Язвочка и плакать перестала.
– Для чего, для чего… Для солидности! – заявил Пес, натягивая валенки и принимая гордую позу Наполеона, – Вот что, подруга дней моих ужасных, – продолжил Гадя деловым тоном, – теперь дай-ка мне двустволку, ящик и два банана!
Пошёл он в поле, лег под лопух и притворился, что спит.
Через пять минут появились две макаки из полигоновских джунглей да и залезли в ящик за бананами. Тут Пёс вскочил и захлопнул крышку ящика.
Отправился Гадя к главному деревенскому мафиози Аль-Кабано и, протягивая ему добычу, сказал:
– Моя хозяйка – олигархиня Язва, шлёт тебе привет и дарит этих двух макак!
– А у нее их много?– спросил Аль-Кабано, с интересом заглядывая в ящик.
– Много! Целая макакоферма!– ответил Гадя деловым тоном.
– Прибыльное предприятие! А можно мне с хозяйкой познакомиться? – спросил Аль-Кабано.
– Я непременно доложу олигархине. Ждем вас после завтрака к обеду, – ответил с достоинством Гадя и шаркнул валенком.
Прибежал пёс домой и рассказал всё хозяйке. Она тут же ударилась в истерику, а Гадя ее успокаивает:
– Не реви, Язвочка, все под контролем! Быстрее надевай свой противогаз и пошли со мной!
Побежали они на берег кислотного болотца. Пес нашел ложбинку, усадил в нее хозяйку и, присыпая ее песочком, приговаривал:
– Ты не волнуйся, хозяйка, все под контролем! Сиди тихо, а как услышишь мой сигнал, начинай, что есть силы махать руками и трясти противогазом!
Побежал Гадя навстречу гостю (по дороге не забыл указатель прибить «Очень большая макакоферма Язва и К°»).
А тут уж и Аль-Кабано на своем «Запорожце» подъезжает.
– Караул! Спасите! Помогите! Олигархиню Язву в аномалию засасывает!!!
Сигнал, сигнал! – заорал Пес что было мочи, подбегая к «Запору».
Понеслись они к болотцу Язвочку спасать. А она «сигнал» то услышала, руками машет, противогазом трясет, песком в разные стороны кидается.
Выдернул её Аль-Кабано из ложбинки, как репку, за противогаз и поставил на ноги. Взглянул на нее и влюбился до икоты. Да и она не возражала.
Жили они долго и счастливо, тут бы и сказочке конец, да продолжения хочется…

Несказка вторая: «Пес-в-Валенках идет в армию»

– Ску-у-у-ка!!! – жалобно взвыл Гадя и со всей силы пнул пустую бутылку – она, срикошетив о дощатый потолок будки, выкатилась на улицу, зашипела и съежилась под каплями кислотного дождя.
– Хоть бы этот дождь закончился, терпеть не люблю под бронезонтиком гулять! Ску-у-у-ка!!! У-У-У-У-У!
Вот уже две недели, как хозяйка Язва уехала со своим мужем Аль-Кабано в свадебное путешествие на Мутное море. «А ведь это я вас поженил, могли бы и с собой взять», – подумал он про себя и проворчал с горечью, натягивая на уши лоскутное одеяло: «Одно слово – люди, так со скуки и свихнуться недолго…»
– Это ты верно подметил! – неожиданно раздался ласковый голос.
Пес подпрыгнул от неожиданности и врезался головой в потолок будки.
–Ты кто?– прошептал испуганно Гадя, озираясь и потирая шишку на голове.
– Я – Шиза. Да зови, как хочешь! – великодушно согласился голос.
– Чтоб меня…–– прохрипел испуганно Гадя, – точно съехал! Голоса мерещатся!
– Да ты послушай меня, как мутант мутанта…
–Ты не мутант, ты – ШИЗОФРЕНИЯ! – заорал Гадя и залез с головой под одеяло.
– Да я и не отказываюсь, только скучно мне на свете одному, даже поговорить не с кем… Давай вместе жить, а? – и голос стал вкрадчиво-умоляющим.
– НЕ-Е-Е-Т! Это мне все кажется! Я здоровый и в сознании!!! Я здоровый и в сознании!!!– громко уверял себя Гадя под одеялом.
– Да и я не больной, просто невидимый и одинокий! А Шиза – это имя у меня такое, мама так назвала! – обиделся голос.
– Ладно, оставайся пока, утро вечера мудренее, – великодушно согласился Гадя и, свернувшись калачиком, мирно захрапел.
К полуночи кислотный дождь, наконец, затих. До рассвета из будки доносился стройный дуэт храпа и сопения с присвистом.
– РОТА, ПОДЪЕМ!!!– прогремело пространство.
– Шиза, опять твои шутки? Дай поспать – сонно ругнулся Гадя.
– Эй, хозяин, открывай! Тебе повестка! – на ржавую крышу будки с грохотом опустился чей-то тяжёлый кулак, будка покосилась, а ее крыша со скрипом съехала на бок.
– Ну вот, уже и крыша поехала, – с грустью пробормотал пёс и проснулся, – ты кто???
– Я сержант Сидоров! – там, где раньше была крыша, появилась огромная красная рожа, – где хозяин, спрашиваю?
– Нет хозяина – ответил Гадя.
– А когда придёт?– продолжал гнуть свою линию сержант.
– А никогда не придёт!
– А почему никогда не придёт?
– А умер потому что! Я за него теперь, вот! – с вызовом ответил Гадя.
– А ты чего в будке-то сидишь? – удивился Сидоров.
– Чего, чего… Живу я здесь, согласно прописке! – обиделся пес.
– Ну да ладно, раз ты теперь за хозяина, значит, это тебе! – пробасил сержант, просовывая в пространство под крышей большой белый конверт, – Тебе надлежит в понедельник явиться в 8-00 в военкомат.
– Это еще зачем?– заволновался Гадя.
– Если завтра война, если завтра в поход… В армию на переподготовку пойдёшь, вот зачем! – радостно пропел Сидоров, отдал честь и исчез из поля зрения.
– В армию? – растерялся Гадя.
– В армию?! Что-то я, однако, не вовремя… В другой раз забегу как-нибудь, через полгодика, не скучай, друг, – виновато прошептал Шиза и немедленно улетучился.
Делать нечего, пришлось Гаде в армию собираться. Сложил он пожитки в старый рюкзак, надел валенки, тельняшку и ушанку со звездочкой, да отправился в армию служить.
Областной военкомат представлял собой полуразвалившийся домишко с одной-единственной дверью, на которой кривыми белыми буквами было написано «Инвалиды – вне очереди». Под дверью томилась длиннющая очередь из лохматых и бородатых призывников. Ловя на себе удивлённые взгляды, Гадя тихонько пристроился в конец очереди и стал ждать. К вечеру дождался.
– Следующий!!!– громко пропищали за дверью.
За колченогим столом, заваленный кипами бумаги, сидел маленький остроносый очкарик.
– Фамилия, имя, отчество, дата и место рождения, национальность! – не поднимая головы от бумаг, спросил очкарик, грозно шевеля огромными погонами.
– Дворняжкин Гадимир Шарикович, деревня Изотоповка, родился давно, по национальности двортерьер! – громко отчеканил Гадя, вытянувшись в струнку, – а может я не годен? А то у меня будка там одна? – спросил он с надеждой в голосе и снял ушанку.
– Неправильная национальность, пишу «русский»! – Очкарик оторвался от бумаг и пристально посмотрел на Гадимира.
– Ну, ты и урод! Хоть бы уши побрил! – заявил очкарик – Годен. Пришел в тельняшке – иди в Морфлот!– и, злобно хихикая, поставил печать.
Прямиком из военкомата Гадю отправили по месту службы, недалеко от Кудыкиногорска, где на берегу залива Большая Лужа, стояла у причала старая баржа, там и размещалась морская учебка.
На месте подивились странному виду новобранца, но приняли пополнение, ведь в армии вопросов не задают, начальству-то виднее. Только валенки приказали снять да побриться. Выдали ему обмундирование по форме, как полагается: тельняшку, клеши и бескозырку самого большого размера (чтобы уши лохматые народ не смущали). Так и стал Гадя служить матросом.
А командовал у них Главный Старшина Пираньюшкин. В первый же день он построил пополнение и грозно пообещал: «О «коробке» и не мечтайте! Пока вы, «караси» сухопутные, «салаги» сушеные, на «осликов» не обучитесь, будете «якоря вымачивать», да на камбузе «машкой» «стасиков» гонять!» Новобранцы половину слов не поняли, но сообразили – служба началась!
Через некоторое время отправили Гадю вместе с младшим матросом Васей Пупкиным по делам службы в деревню за картошкой. Дорога туда-обратно дальняя, делать нечего, вот и стали они разговоры разговаривать.
– Слышь, Гадимир, а почему у тебя такое имя странное?– спросил Вася Пупкин.
– Да, понимаешь, нагадил я в бестолковом детстве Хозяину прямиком в любимые тапки, вот и прозвали меня Гадей, ну а как вырос, стали Гадимиром величать – гордо ответил пёс.
– Ну, ты снайпер, даешь, я б не смог! – протянул Вася, восторженно глядя на него.
– Подумаешь, для нас, для собак – плевое дело! – заявил Гадя и почесал за ухом задней лапой.
– Так ты и впрямь собака! А я, бестолковый, две недели думаю, какие странные люди бывают, с хвостами да с ушами волосатыми! – изумился Вася Пупкин, – а как же ты в армию-то попал?
– Да вот так и попал, как попало! Меня не спросили, кто такой, признали годным – вот и служу! И вообще, я воды боюсь, у нас в Изотоповке она кислотная! – грустно ответил Гадя и добавил, с щенячьей тоской глядя за горизонт: – Дома за будкой и приглядеть-то некому, как она там, без меня, одна-одинешенька?..
Так за разговорами и дошли до деревни и обратно. Только сдали картошку на камбуз, глядь, бежит главный старшина Пираньюшкин.
– Вы где бродите, караси сухопутные!– обрушился на них Пираньюшкин, – А ну марш на построение! К нам сейчас приедет САМ адмирал Пескаренко!
Гадимир и Вася тут же рванули на причал. Только они встали в строй, как в центр площадки, визжа тормозами по железобетонным плитам, влетел «жигулёнок» на колёсах от трактора и раскрашенный под камуфляж с корявой надписью на капоте: «ЛИТЮ БАМБИТЬ!». На переднем бампере чудной машины красовалось пояснение для бестолковых: «АДМИРАЛЬСКИЙ ДЖЫП». За рулем сидел САМ Адмирал Пескоренко, гордо сверкая огромной кокардой на фуражке.
Адмирал вышел из «ДЖЫПА» и уставился на Гадю.
– Вы почему, акулы моченые, собачку мучаете?! Пошто на псину бескозырку с тельником напялили?!! – грозно заорал адмирал, выпучив глаза.
– Да это разве собака? Это ж младший матрос Дворняжкин, новое пополнение, так сказать, товарищ адмирал! – удивился Пираньюшкин.
– Доложить по форме! – прогрохотал адмирал Пескаренко, разглядывая Гадю сверху вниз.
– Младший матрос Дворняжкин Гадимир Шарикович из деревни Изотоповки, родился в будке, пес-мутант-говорящий! – громко отчеканил Гадя, вытянувшись во фрунт.
– Значит так, собачка, то есть, младший матрос Дворняжкин, назначаю тебя почётным дембелем и марш из флота домой! – приказал ему Адмирал и потрепал ласково за ухо.
–Спасибо, товарищ Адмирал! – прогавкал счастливый Гадимир и побежал на четвереньках в казарму за валенками.
«Хеппи дембель ту ю, хеппи дембель ту ю…. Это я, твой друг Шиза, вернулся! Пойдем домой, да?»

(Продолжение следует)